Восточные Боевые Искусства – Учителя предупреждают (перевод с польского Юлии Красненковой)

Wszelkie prawa zastrzeżone. Kopiowanie, drukowanie i rozpowszechnianie bez zgody wydawcy (Monumen) jest zabronione.

Publikacja niniejszej książki na stronie internetowej  http://catholicfaith.eu/ jest za zgodą wydawnictwa Monumen.

Все права защищены. Копирование, печать и распространение без согласия издательства Monumen запрещены.

Публикация данной книги на сайте http://catholicfaith.eu/ с согласия издательства Monumen.


 

Библиотека Ежемесячника Экзорциста

  

Издательство MONUMEN

Варшава 2016

Вступление

            Кому из нас не хотелось бы владеть хотя бы основными приемами самообороны? Как хорошо было бы иметь пусть и небольшую часть тех способностей, о которых мы знаем из фильмов, смотря на таких известных героев, как Брюс Ли, Стивен Сигал, или Чак Норрис! Мы восхищаемся звездами кино или героями, а иногда просто хотим научиться постоять за себя в случае необходимости, если на нас кто-то нападет. В результате это приводит к тому, что мы начинаем обращать свое внимание на модные и популярные в нашей стране (начиная с 80-х годов ХХ века) школы боевых искусств. Что плохого в том, что я буду безоружным «воителем»? Некоторые священники также упражняются в этом….

            80-е годы ХХ века были временем, когда людей захватывали фильмы в стиле «Прихода дракона» с Брюсем Ли в главной роли. Я тогда тоже какое-то время ходил на занятия по карате (стиль shotokan). Однако я не ходил в клуб, да и энтузиазма моего хватило только на несколько месяцев. Мне было далеко до успехов сестры Габриэли Теслик (Cieślik) (ныне Служительницы Пресвятой Девы Марии), которая, прежде чем уйти в монастырь, получила звание мастера мирового уровня именно по этому стилю, то есть по карате. В этой книге она также поделится своим необычным свидетельством. Она не скрывает, что кроме множества позитивных сторон, данный вид спорта заключал в себе и такой теневой негатив, как обязательные восточные медитации перед тренировками и после, не говоря уже о медитациях Дзен. Это повлекло за собой определенные духовные последствия, касающиеся веры. Вот как вспоминает об этом спустя годы сама мастер спорта: «Потом у меня возникали трудности с молитвой – я должна была просить, чтобы за меня молились, и чтобы молились об исцелении. Мне нужно было время, чтобы мой дух освободился от всего того, что связывало меня с карате».

            О. Доминик Хмелевски (Chmielewski) SDB, бывший инструктор боевого карате, черный пояс, третий дан в этом искусстве, также обращает в своей статье внимание на духовную угрозу, связанную со школами боевых искусств. Особая проблема заключалась для него в так называемой визуализации, которая мешала ему молиться и достойно переживать Святую Мессу. Он постоянно думал о техниках борьбы, анализировал каждую ситуацию, думая об обстоятельствах возможного сопротивления – все это, как он позже сам признавался, мешало ему общаться с людьми и молиться. Не мог он сосредоточиться и на Святой Мессе. Однако во время Дзен медитации рассеянности не было.

            О. Доминик Хмелевски правильно советует родителям: прежде чем записать своего ребенка в клуб какой-нибудь из школ борьбы, пусть сначала зададут инструктору несколько вопросов. Как проходят тренировки? Что инструктор понимает под медитацией? Какова техника релаксации? Будут ли занятия иметь отношения к восточным религиям, или затрагивать темы морали и этики? Все это поможет принять правильное решение, как утверждает о. Хмелевски. Не лишним будет какое-то время походить вместе с ребенком на тренировки, чтобы посмотреть, что там и как, и лучше познакомиться с инструктором.

            Последний совет этого опытного священника имеет большое значение. Я помню, как в июле 1999 года ездил в Дрезден по приглашению немецкой организации EBI (полное ее название можно перевести, как «Комитет родителей и лиц, пострадавших от действия сект»). Я беседовал там с господином Ульрихом Габлерем, чей сын, Андреас, был в секте «Хари Кришна». Он попал туда очень рано, в возрасте 14 лет, когда начал ходить на тренировки по тхэквондо в Дрезденскую академию боевых искусств. Его талантливый тренер был активным членом этой сомнительной секты, и используя время тренировок, удивлял и восхищал Андреса ее идеологией. В результате мальчик забросил учебу, стал вегетарианцем, изменил круг общения, и свои взгляды на жизнь. Будучи учеником гимназии, он часто убегал на собрания секты. Со временем он пропускал учебу все чаще, несмотря на то, что родители категорически запрещали ему это. Потом он и вовсе ушел из дома, и в течение года не давал о себе знать. Когда мы беседовали с его отцом, многое уже изменилось, Андресу тогда исполнилось 20 лет. Он жил в храме, занимал в секте высокую должность Учителя, и регулярно общался со своими родителями. Это благодаря встречам в EBI господин Ульрих научился вести себя с сыном так, чтобы не потерять его бесповоротно.

            Находясь в Дрездене, я беседовал еще с одной женщиной, чья дочь тоже стала членом «Хари Кришна», и, что удивительно, благодаря стараниям того же самого тренера тхэквондо. Девочка ходила на его тренировки, а выходные проводила с членами секты. Ее мать вспоминала, что до того, как попасть в секту «Хари Кришна» дочка была энергичной девочкой, а потом изменилась, стала покорной, тихой мышкой. «Это не мой ребенок» – признавалась она мне с горечью, не понимая, как вообще могло до этого дойти. EBI также помогло этой женщине поддержать и не порвать ослабленную связь с дочерью.

            Если мы уже упомянули о тхэквондо и дрезденском тренере этого боевого искусства, нелишним было бы вспомнить, что такие тренировки проводил когда-то о. Михал Ольшевски, который сегодня совершает служение экзорциста в Клецкой епархии. В течение десяти лет он активно занимался тренировками. У него черный пояс, и он даже принадлежал к нашей национальной команде. Много раз он был вторым призёром Польши по тхэквондо, а на национальных соревнованиях всегда выходил на подиум. Однажды получил титул чемпиона среди взрослых Малой Польши (Małopolski). Если бы он также, как его немецкий коллега, был членом секты «Хари Кришна», или еще какой-нибудь другой секты, он действительно мог бы увлечь за собой много молодежи. Ведь он был таким известным и авторитетным человеком….

            Но к счастью в его случае все было совсем иначе. Несмотря на то, что он достиг в тхэквондо немалых вершин, он смог заметить в этом корейском боевом искусстве духовную угрозу. Он искренне признается:

            «Даже если нас интересуют только спортивные тренировки, но мы соблюдаем все правила и регламент, благодаря чему переходим на следующие уровни, мы склоняемся перед «Инь-Янь», и хотим мы или нет, отождествляем себя с этим и грешим против первой заповеди, так как совершаем нечто противоречащее Евангелию. Мы даем место действию злого духа. Разумеется, не все, кто занимается тхэквондо, одержимы. (…) Я занимался, и только после рукоположения Господь Бог просветил меня. Однако я всегда чувствовал дискомфорт, когда общался с корейцами, я боялся их, чувствовал, что они имеют надо мной некую духовную власть. Также я всегда боялся медитации».

            Можно спросить, бывают ли случаи одержимости у каких-нибудь людей в результате занятий боевыми искусствами? Да. Такое бывает не часто, но к сожалению, может случиться. Упомянутый здесь экзорцист о. Михал Ольшевски признался, что, будучи уже священником, сжег висящий у него на стене в комнате сертификат на первый дан с изображенным там символом Инь-Янь. Он перестал заниматься тхэквондо, и прибег к молитве об освобождении от последствий занятия этим видом спорта. Вспоминает также, что был случай, с которым ему пришлось столкнуться – случай одержимости у молодого человека, который занимался карате. Если кто-то особо заинтересовался данной темой, может прочитать об этом в дальнейшем тексте.

            Своим интересным свидетельством делится также Мартин, который в течение пяти лет занимался карате. Он заметил, что за это время он изменился в худшую сторону, а также изменилось его отношение к вере и жизни. В его случае также не обошлось без молитвы об исцелении и освобождении, и эта молитва снова вернула его жизнь в нормальное русло. Сегодня, как он сам говорит, «Иисус – его супер-тренер, который знает, когда утешить, а когда ”закрутить гайки”».

            Дариуш Петрек некогда был далек от Христианства. Он восхищался и увлекался в своей жизни дзюдо, карате, окинавским боевым искусством кобудо, а также буддизмом. Он упорно тренировался и практиковал медитацию дзен. Когда его корейского учителя дзен-буддизма Seung Sahn Nim обвинили в гомосексуальных связях с одним из учеников, Петрек задал себе существенный вопрос: «Кого же мы называем учителем? Неужели «просвещенный» будет пойман на подобных связях со своим учеником?». Это было началом его отхода от дзен-буддизма.

            Дариуш Петрек несколько раз встречался с молодыми людьми, которые восхищались боевыми искусствами, и это увлечение привело их на опасный путь. Он также слышал о людях, которые «настолько увлеклись боевыми искусствами, а также философией и религиозностью Дальнего Востока», что стали буддистами.

            У некоторых из них появились тревожные симптомы в области психики и духовной жизни: «различные видения, зрительные и слуховые галлюцинации, депрессии, страхи, общение с призраками, которые являлись к ним в образе старых наставников».

            После своего обращения Петрек в течении четырех лет посещал занятия, организованные Пшчиньской Академией Боевых Искусств, где «Восточная духовность была заменена христианской духовностью». Восточную медитацию там заменило благословение, которое давал один из священников, который также занимался в зале. В своем тексте автор подчеркивает, что важно тренироваться и в то же время знать, кто в действительности является нашим Господом и чего Он от нас ожидает.

            О. Александр Посацки в свою очередь считает, что искусство борьбы захватывает всего человека, в том числе и его духовность, даже если человек дистанцируется от их основ мировоззрения. Вот как он это аргументирует:

            «Теоретически, во многих боевых искусствах на первом месте стоит личное и духовное развитие, что указывает на то, что они имеют характер ритуала и инициации. То, что они отвергают идеологию своим разумом (интенциональность) ни о чем не говорит, так как практика включает в себя участие воли в ритуальную сферу. В католической этике учитывается не только внутреннее намерение, но также внешняя структура поступка. Этого нельзя отделять, не следует «раздваивать» человека».

            О. Пасацки также утверждает, что инициативный характер боевых искусств противоречит и христианству, и научному подходу к реальности. Есть риск, что занятия боевыми искусствами могут стать своего рода формой идолопоклонства, например, превратиться в культ собственного тела и его кажущихся сверхчеловеческих способностей.

            Ева Орбанова (преподаватель этики и моральной философии в Университете в Трнаве, а также многолетний сотрудник словацкого профилактического журнала «Rozmer»), знакомит польских читателей с опасностями, исходящими от айкидо.

            Наверно самым известным пропагандистом айкидо в мире является американский актер Стивен Сигал. Однако не каждый любитель его фильмов отдает себе отчет, что за зрелищной демонстрацией этого актера стоят не только трудные и долгие тренировки, но также опасная для христиан восточная духовность.

            На духовные основы идеологии айкидо сильно повлияла встреча его основателя Morihei Ueshiba с Onisaburō Deguchim, шинтоиским гуру секты Ōmoto-kyō, который объявил себя спасителем мира. Поэтому так сильно убеждает Ева Орбанова, говоря: «Айкидо нельзя рассматривать только как физические упражнения, ведь они не являются его главной целью. Прежде всего, это орудие, служащее духовному развитию личности. (…) Айкидо – это духовный путь, который расходится с верой, открытой нам в Слове Божьем».

            Учитывая то, что говорится в первой Заповеди Декалога, а также принимая во внимание содержание настоящей книги, и предостережения тех, кто по-настоящему разбирается в данной теме, мы должны, по крайней мере, быть осторожными. Особенно это относится к тем, кто сам занимается одним из перечисленных видов спорта, или кто хочет записать на тренировки своих детей.

            Авторы книги вовсе не собираются запугивать читателей, или демонизировать данную тему. Они призывают хранить здравый рассудок, чтобы не кланяться «божественным гуру» и не открывать себя непонятной космической энергии. Ведь безразличие и халатное отношение к этим вопросам могут принести печальные последствия.

Гжегож Фельс

 

 

Служительница Пресвятой Девы Марии

с мировым титулом мастера по карате

            Я была обычной девушкой, любила смеяться, слушать хорошую музыку, танцевать. У меня были друзья, свои интересы, своя увлечения. Я увлекалась боевыми искусствами Востока, особенно карате шотокан. С этим искусством я познакомилась в лицее, там, при школе, находился спортивный клуб. Первая же тренировка захватила меня, и я полностью увлекалась.

            Шли годы, и мое увлечение этим видом спорта только возрастало. Карате стало центром моей жизни, я была очарована им и посвящала ему все свое свободное время. Я хотела добиться успеха, стать самой лучшей, чего-то достичь, что-то значить. Я просто влюбилась в карате, оно давало мне почувствовать собственную значимость и счастье. Со временем я стала ездить на соревнования и получать медали. Я стояла во главе польских юниоров по этому виду спорта.

            Где в моей жизни был тогда Господь Иисус? Он присутствовал, когда я ходила в церковь, я любила молиться. Думала, то, что я делаю для Бога, хорошо и этого вполне достаточно. Но я ошибалась. Я пропускала воскресную Святую Мессу, находя для этого одно простое и логичное объяснение: меня ждут соревнования.

            Да, Иисус присутствовал в моей жизни, но только на втором месте, после карате. Иисус был важной Персоной для меня, и все-таки, не самой важной. И может быть моя жизнь так и проходила бы «дорогой пустой руки» (ведь именно так и переводится слово «karate do»), если бы не Христос, который ощутимо действовал через события и людей, постепенно направляя меня к Себе.

            Одним из таких сильных переживаний было то, что я не смогла сдать экзамен на AWF. Это изменило мои планы. Я поступила на педагогический факультет рядом с Вроцлавом. Новое место, новое окружение, разлука с моим клубом – все это привело к тому, что у меня появилось больше свободного времени, и я смогла снова задуматься над своей жизнью, над ее ценностью и истинной целью, к которой я стремилась.

            Господь Иисус послал мне много благодати: я стала больше молиться, каждый день ходила на утреннюю Святую Мессу, участвовала в Евхаристии. Христос становился для меня кем-то близким и особенным, однако я еще не думала о том, что я смогу отказаться от карате. Я продолжала делить сердце между Иисусом и спортом. Я бежала от голоса, зовущего меня и указывающего на тот путь, по которому я должна была идти.

            В это особенное время Бог дал мне пережить прекрасные духовные упражнения в горах, где среди тишины, в одиночестве, я поняла, что Иисус любит меня и хочет, чтобы я пошла за Ним. Однако я должна была отказаться от тренировок. Я думала, что легко с этим справлюсь, достаточно будет перестать ходить на тренировки. Однако это оказалось выше моих сил. Во мне началась борьба между любовью к Богу и любовью к карате, которая продолжалась три года. Переломным пунктом стало для меня Первенство Мира по карате-шотокан, которое было организовано в Англии Федерацией FSKA (Funakoshi Shotokan Karate Association). Я поехала на эти соревнования вместе с командой из Вроцлава, и выиграла их, получив первенство среди взрослых женщин.

            Может показаться странным, но я радовалась полученному «золоту» очень недолго. Еще до раздачи медалей, меня охватила грусть, я неважно чувствовала себя, и ничего не хотела. В тот момент, когда я должна была чувствовать самую большую радость, мне хотелось плакать. Я стояла на подиуме среди сверкающих огней, под взглядом множества кинокамер, и слушала гимны стран. Но в моей голове звучали, словно отражаясь эхом, вопросы: Как ты чувствуешь себя? Неужели ты действительно счастлива? Неужели это все, о чем ты мечтаешь в жизни? Я чувствовала и знала, что даже если я тысячу раз встану на это место, все равно не буду счастлива. Мне хотелось побежать к Господу, и заплакать, ведь я так долго избегала Его. Именно там, стоя на первом месте подиума, я захотела посвятить Иисусу свое сердце и жизнь. После возвращения с соревнований я перестала ходить на тренировки. После десяти лет занятий карате, и трех лет внутренней борьбы, Господь победил.

            Дальше события в моей жизни стали разворачиваться стремительно. В январе я закончила обучение. Уже в начале февраля 1996 года Божье Провидение направило меня к дому Сестер Служительниц Пресвятой Девы Марии Непорочно Зачатой, который находился в Варшаве. Я поехала туда на духовные упражнения. Трудно объяснить, как Бог говорил тогда к моей душе, но во время этих духовных упражнений я поняла: я не случайно попала сюда. 07 марта я переступила порог монастыря, и встала на путь монашеской жизни. Моя мама еще раньше знала о моих намерениях, знала, что во мне происходит внутренняя борьба. Для нее также наступил трудный момент – тяжело было отдать свою дочь. Она была привязана ко мне, ведь она воспитывала меня одна. Мой отец рано умер, я была старшая из троих детей. Сначала мама очень переживала из-за моего решения, но потом согласилась, и поддержала меня в этом. Она никогда не отговаривала меня идти в монастырь, уверяла, что примет любое мое решение. Также поддерживала меня морально, своей молитвой. Мой тренер также знал о моих планах. Сначала считал все это выдумкой, но потом предоставил мне свободу выбора, хотя ему тоже было трудно. Мы были крепко связаны друг с другом, как учитель и ученик. Такая связь очень много значит в карате. Друзья также отнеслись к моему выбору с пониманием. С их стороны не было ни глупых комментариев, ни злости. Было только сожаление, что я ухожу, и что закончился очередной этап нашей жизни.

            Мой клуб карате был настроен, прежде всего, на спортивные достижения, и делал упор на физическое воспитание. Но всего этого невозможно было отделить от духовной стороны, потому что карате берет свое начало в боевых искусствах Востока. Все, на чем основываются японцы и китайцы, имеет духовные корни. Мы погружались в медитацию до тренировки и после нее, также мы проходили курс медитации дзен. Должна сказать, что у меня никогда не было проблем с тем, чтобы сосредоточиться, за одним исключением: я не могла сосредоточиться на курсе медитации. Это было чем-то невероятным. Никакие лекции и упражнения мне не давались. Только спустя годы я поняла, что Господь Бог попросту хранил меня от этого. Если бы я тогда научилась медитировать, то скорее всего, такая практика пришлась бы мне по вкусу, и я смогла бы глубже войти в нее. Если речь идет о духовной стороне, то опыт, приобретенный мной за годы занятий карате, не прошел бесследно для моей веры. Потом у меня возникали трудности с молитвой – я должна была просить, чтобы за меня молились, и чтобы молились об исцелении. Мне нужно было время, чтобы мой дух освободился от всего того, что связывало меня с карате.

            Сейчас я уже двадцать лет, как живу в монастыре, и могу сказать, что здесь, с Иисусом, я счастлива. Я нашла свое место и дом. Благодарю Бога за Его любовь, за то, что Он одарил меня Своей благодатью, призвав служить Богу и людям, и, кроме того, за то, что Он так руководил моей жизнью, что я поняла: действительно, самым важным в жизни является только Он.

Служительница Пресвятой Девы Марии

с. Габриэля Теслик, бывший чемпион мира

по карате-шотокан

 

 

Христианские школы боевых искусств

            Всю жизнь я со страстным увлечением изучал боевые искусства, их системы и стили, и участвовал в состязаниях. Когда нам открылось окно на Запад, я установил контакты с мастерами Западной Европы и США, выезжал туда для обучения. Призы и первые места меня не интересовали, я добивался только умения, и это служило критерием при выборе тренеров и получения новых способностей.

            Все началось в Междугорье. Я поехал туда с группой друзей. Тогда я еще не был священником, я преподавал религию, и был тренером по карате. Моя семья верующая и очень религиозная. Я всегда твердо стоял на фундаменте католической веры и никогда от нее не отходил. Для меня было важным найти истинное духовное переживание, и я стал посещать семинары Обновления в Святом Духе. Священник, который вел эти семинары, и организовал нашу поездку в Междугорье. Я тоже поехал, и пережил там сильное духовное потрясение, настолько сильное, что очень засомневался – а все ли я делал правильно в течение тех 15 лет, когда смешивал христианство с духовностью дзен.

            Вернувшись из Междугорья, я не почувствовал никаких проблем в связи с противоречиями этих двух духовностей. Я был убежден, что, посвятив всю жизнь Богу через руки Марии, я прекрасно смогу евангелизировать в спортзале тем ребятам, которые сами никогда не пошли бы в церковь. Но чем дольше я об этом думал, не прекращая, впрочем, тренировок, тем больше меня охватывало какое-то странное беспокойство и напряжение. Я вдруг осознал странную вещь: я тренировался по одним и тем же техникам, но раньше это приносило мне большую радость, а теперь я чувствовал смятение и страх. Я не понимал, что происходит. Радость, любовь, сердечный мир – все то, что я обрел во время поездки в Междугорье, куда-то исчезало на каждой тренировке.

            В этой круговерти мыслей и сомнений, я встретился с Иолантой Жоскон (Rzoską), матерью настоятельницей Сестер Бенедиктинок в Жарновце. У нее необычный дар распознавать призвания и различать духов, которые действуют в человеке. После долгой беседы и молитвы она сказала мне, что Матерь Божья имеет относительно меня прекрасный план, но боевые искусства, которыми я увлекаюсь, отделяют меня от Нее и не позволяют реализоваться этому плану. В перспективе времени она видела, что боевые искусства отделяют меня от реализации плана, который приготовила Мария, и вот почему: 1. Характер того вида борьбы, который я выбрал, был исключительно жестоким. Моя психика была насквозь пронизана мрачной, «стальной» агрессией и беспощадностью. Это настолько отражалось в глазах и во внешнем виде, что даже во время тренировочных боев коллеги останавливались и говорили: «Приятель, что у тебя с глазами? Ты что, убить меня хочешь!? Нет, я не буду с тобой тренироваться». Однажды я приехал к другу нашей семьи, бенедиктинцу, отцу Карлу Мейсснер. Он внимательно посмотрел на меня и спросил: «Доминик, что произошло с твоими глазами?». Мне казалось, что ничего не изменилось, ничего не произошло, но со временем я действительно стал замечать что-то совершенно непонятное. 2. Спортивная борьба была страстью всей моей жизни. Наконец я понял, что по сути это был грех идолопоклонства – нарушение первой Заповеди.

            Все то, что мы обычно называем боевыми искусствами, можно разделить на четыре категории. Первая из них относится к самообороне в широком значении этого слова, ее сегодня часто называют «комбат». Это простые, очень эффективные приемы борьбы, их применяют для самообороны, если, например, кто-то нападет на улице. У «комбата» два варианта: простые и безопасные приемы, которые больше подходят для гражданских лиц, и боевые приемы, предназначенные для солдат, полицейских, антитеррористических групп и т.д. Здесь нет ничего общего с духовностью Дальнего Востока, с религией, медитацией, работой с «энергиями» и т.д. Цель современной самообороны – это победа в борьбе с противником. Такой противник может быть вооруженным, может превосходить численностью, может находиться под воздействием наркотиков, и потому не будет чувствовать боли. Цель тренировок – суметь высвободить сильную, взрывную, но контролируемую агрессию во время атаки, потому что именно тогда приемы «комбата» будут наиболее эффективными. На 80% эффективность приемов самообороны связана с контролем над страхом, высвобождением контролируемой агрессии, а также силовой агрессии. Все это должно шокировать противника. Самые популярные системы «комбата» в Польше – это Израильская krav maga, kapap, combat 56, defendo. Могут ли быть занятия по этим системам самообороны угрозой для христианства? Я заметил одну такую особенность. Ежедневные тренировки на достаточно высоком уровне эмоционального возбуждения, в том числе и агрессии, могут (однако это вовсе не обязательно!) иметь разные последствия, исходящие из неконтролируемых агрессивных реакций в различных ситуациях, которые никак не связаны с внезапным нападением на улице.

            Еще есть такая спортивная борьба, как ММА, бокс, сават, дзюдо, борьба, тхэквондо, бразильское джиу-джисту, кикбоксинг, спортивное карате, спортивное кун-фу, спортивное джиу-джисту. Тренировки здесь полностью связаны с методологией Западного спорта. Спортивная борьба такой категории полностью отделена от духовных инициаций, какой бы то ни было восточной религии или духовности. Таким образом она не несет в себе духовной угрозы для христианина. Однако может случиться так, что, когда спортсмен перейдет уже на довольно высокий уровень, тренером спортивного карате или кун-фу, окажется японец или китаец. А для мастеров Дальнего Востока даже спортивные стили борьбы неразрывно связаны с путем духовного развития. Тогда возможны ситуации, когда тренеры будут советовать дзен-медитацию, или какую другую духовную практику. Христианин, который хочет остаться верным Иисусу, должен сразу же отказаться, и даже не пробовать предлагаемые духовные приемы.

            Третья категория – это традиционные восточные боевые искусства, которые основаны на универсальных моральных ценностях, таких, как смирение, вежливость, уважение, доброжелательность, трудолюбие. Теоретически да, но на практике, в повседневной жизни, со всей этой этикой у спортсменов, даже подающих большие надежды, не всегда все получается. У них, как правило, не бывает непосредственной инициации в чуждую им духовность, они, прежде всего, расширяют круг интересов, изучая богатую культуру, обычаи, повседневную жизнь жителей Востока – их интересует то, что заинтересовало бы любого путешественника. Однако на тренировках возможно не только расширение теоретических познаний, может также произойти практическая инициация в Восточную духовность. Это зависит от инструктора, проводящего занятия, от его системы ценностей, религиозных убеждений и того, что он предложит занимающимся.

            Наконец, четвертая группа – это боевые искусства, имеющие характер духовной инициации. В самом их названии, в самой их идее, уже заключено условие, что они должны стать дорогой жизни. На первый взгляд они сосредоточены вокруг универсальных моральных ценностей, но, если посмотреть глубже, можно увидеть массу разных ритуалов и приемов, инициирующих в духовность буддизма, даосизма, конфуцианства. Я думаю, что здесь сразу необходимо решить: или я тренируюсь и это боевое искусство становится для меня дорогой жизни, или я отказываюсь, и выбираю себе какую-нибудь технику из трех предыдущих категорий.

            Например, занятия кун-фу, карате, айкидо, джиу-джисту, если рассматривать их в религиозном и духовно инициирующем контексте, то есть в свете духовных практик, таких, как дзен-медитация, работа с энергиями «ki» и «chi», открытие чакр, могут непосредственно открыть человека на действие определенных сил, которые не имеют ничего общего с христианской духовностью. Также большую роль может сыграть вера во всю энергетическую картину вселенной и человека, которую предлагают религии Востока. Однако, в зависимости от убеждений тренера, можно заниматься вышеперечисленными боевыми искусствами и без духовных инициаций, делая упор только на физические приемы и техники борьбы. Распознать что к чему не так-то просто, особенно в начальной фазе, когда до конца неизвестно, какова идеологическая линия того или иного стиля, и какова духовность самого тренера или инструктора.

            Возможно ли отделить технику от духовности? Единого мнения нет. Одни мастера утверждают одно, другие другое, потому что техника восточных боевых искусств слишком укоренена в духовности, и разделить их невозможно. Одна и та же техника может реализоваться и передаваться двояко, в зависимости от стиля борьбы, мировоззрения тренера и его инициации в энергетическую восточную духовность. Техника может рассматриваться, как физическая сторона духовности буддизма или даосизма, связанная с восточной энергетической картиной вселенной. Но другой тренер может совершенно не воспринимать восточную мистику, и полностью сосредоточится только на физических упражнениях. Он будет объяснять и тренировать только исходя из принципов биомеханики тела.

            Например, Morihei Ueshiba свое искусство борьбы «увидел» во время медитативного транса в секте Ōmoto-kyō, призывающей открыть в себе божественность через специальные очищающие медитации. Как пишет его сын Kisshōmaru в книге «Дух Айкидо», во время этого просветительного транса Ueshiba было открыто новое понимание боевого искусства, которое он назвал «дорогой гармоничной энергии» – айкидо. Каждый прием был освящен kotodama, то есть священной вибрацией, которая основана на принципах, и исполняет функции божеств синтоизма. Он построил храм Aiki, чтобы почтить 43 божества, которые хранят и дают айкидо рождающую силу. Ueshiba всегда повторял, что айкидо произошло не благодаря ему, айкидо ниспослали боги, которые сохранили его и сформировали его деятельность.

            В популярных изданиях, которые появились на польском рынке, образ создателя айкидо вырисовывается, к сожалению, как образ святого. Однако правдивые источники, предоставляющие нам биографию Ueshiba, показывают его, как личность весьма противоречивую, с точки зрения христианства. С дугой стороны, многие тренеры айкидо совершенно не признают религии Ueshiba и его учения о духах, божествах, энергиях и сверхъестественных силах. В айкидо они сосредотачиваются только на физическом аспекте техники. Разве такое возможно? Я считаю, что это очень спорный вопрос, если учитывать, как возникли все эти техники и кому они на самом деле посвящены.

            Все стили традиционного кун-фу, карате или ниндзюцу, в которых физические приемы соединены с практикой восточных медитаций, с восточными верованиями в энергетику вселенной, с открытием себя на «космическую» энергию меридиан, открытием чакр и т.д., являются инициирующими (например, на Филиппинах мастера по некоторым видам борьбы приносят присягу богине Кали). Очень спорным является также бразильское национальное боевое искусство, сочетающее в себе элементы танца, акробатики и игры – капоэйра. Оно крепко связано с религией Candomblé, которая исповедует культ языческих божеств Orixás, и языческие обряды. Часто бывает так, что мастера капоэйра одновременно являются жрецами этого культа, и во время тренировок производят различные инициирующие движения, например, когда мастер благословляет музыкальным инструментом каждого, кто занимается в зале, говоря, что в этом инструменте скрыта сила «аксе».

            Я встретился еще с одним мнением на тему капоэйра. Миссионер из Общества Завета Милосердия в Бразилии, Рафаэль, говорил мне, что он, вместе с несколькими членами общины, ходит на занятия капоэйра, чтобы отдохнуть. Однако во время боевого танца они поют христианские песни и прославляют Иисуса, как единого Господа и Бога, полностью исключая любые жесты, ритуалы и песни, посвященные божествам Candomblé.

            Обязательный поклон на тренировках, в нашей культурной среде, должен, прежде всего, показать уважение к тренеру и к коллегам, также, как и рукопожатие. На спортивных тренировках для большинства боевых искусств поклоном выражается уважение основателю того или иного стиля, инструктору и коллегам в зале. Никто не считает мастеров или коллег богами, которым следует воздавать божеские почести. Хорошим сравнением здесь может быть солдат, салютующий перед знаменем. Разве мы назовем идолопоклонством такой салют перед знаменем школы, университета, полка, отряда скаутов или спортивного клуба?

            Однако правда такова, что на Дальнем Востоке многие мастера боевых искусств требуют от своих учеников нечто большего, чем простое уважение, требуют полного послушания, что неприемлемо для христианина. И здесь необходимо подчеркнуть опасность такого поклона перед портретом основателя айкидо в dojo, то есть в местах тренировок, хотя бы потому что основатель айкидо Morihei Ueshiba, прямо считал себя воплощением синтоистского божества. Поэтому поклон перед изображением Ueshiba в dojo с точки зрения христианства я считаю абсолютно недопустимым. Именно из-за этого во многих местах тренировок айкидо на Западе и в США отказались вешать портрет учителя.

            Мне хотелось бы еще предостеречь от того, что для меня и многих моих коллег создало существенную проблему, а именно: ментальный тренинг стремился к тому, чтобы тело и разум сливались воедино, так, чтобы всегда быть готовым отразить любую атаку. Например, когда я ехал с кем-нибудь в лифте, то начинал визуализировать: если бы этот человек напал на меня, я бы ответил так и так. Такая визуализация, а также мысленное предположение, что каждый, с кем я разговариваю и кого встречаю на улице, может стать моим потенциальным противником, и я должен быть готовым к тому, что в любую минуту начну сражаться за свою жизнь – это ненормально. Лично мне это очень мешало молиться, и во время Святой Мессы и индивидуально, а также мешало общаться с другими людьми. Я все время визуализировал разные возможные сценарии борьбы в случае возможного нападения. Во время молитвы я пытался сосредоточиться на Иисусе, но ничего не получалось, я был постоянно рассеян. Перед глазами все время появлялись картины тренировок, разные приемы борьбы, комбинации техник. Интересно, но во время дзен-медитации никаких проблем с рассеянностью у меня не возникало. Однако в боевых искусствах такое состояние разума является целью, к которой нужно стремиться. Такое состояние называется «zanshin». Мастер по карате Funakoshi все время повторял: «Будь готов к нападению в любую минуту, что бы ты ни делал, чем бы ни занимался».

            Родители, записывая своих детей, свою радость, на тренировки, например, по айкидо, понятия не имеют обо всех вышеперечисленных угрозах. Ведь до определенного момента изучение любого боевого искусства, а также любая духовная инициация, связанная с ним, выглядит, как забава, активная игра, как изучение простых приемов, чтобы ребенку было интересно играть, и чтобы он хотел снова и снова пойти на тренировку. Детям никто не говорит о дзен-медитации, энергиях «ki», духовных приемах и т.д. И только позже, в период созревания, во время юношеского бунта, ребенок может начать восхищаться силами, скрывающимися, например, за духовностью айкидо и станет «играть», манипулируя различными внутренними энергиями. А это уже очень опасно.

            Важно сначала задать инструктору несколько вопросов. Как проходят тренировки? Что инструктор понимает под медитацией? Какова техника релаксации? Будут ли занятия иметь отношения к восточным религиям, или затрагивать темы морали и этики? Не лишним будет какое-то время походить вместе с ребенком на тренировки, чтобы посмотреть, что там и как, и лучше познакомиться с инструктором. Нужно также заметить, что многие христианские родители беспокоятся, слыша, например, о медитации, которой начинаются и заканчиваются тренировки. Можете мне поверить, что в большинстве видов боевых искусств, в первых трех вышеописанных категориях, медитация на тренировках не имеет ничего общего с восточной мистикой. Это просто минута тишины, краткое сосредоточение и подготовка к началу тренировки, или к очередному упражнению. Тем не менее, следует спросить тренера, что он сам понимает под словом «медитация», и чему хочет научить вашего ребенка. Что же касается видов борьбы четвертой категории, там медитация почти всегда проводится по канонам восточных учений, как принято у учителей медитации, и чаще всего это медитация дзен.

            К интересным выводам пришли американские спортивные психологи. На основании обширного опыта, они утверждают, что маленькие дети не должны заниматься таким видом спорта, как боевые искусства. Такой вид спорта называется влияющим, потому что он естественным образом максимально пробуждает в ребенке агрессию: ребенка учат и показывают, как ударить кого-то в лицо, пнуть в живот и т.д. У ребенка нет природных способностей к холодному анализу стрессовой ситуации, он сразу реагирует агрессивно – бьет и пинает, так, как его этому учили на тренировках. Ученые советуют записывать детей в секции так называемого «спортивного хватания», а это дзюдо, рукопашный бой и бразильский джиу-джисту. Такие виды борьбы не возбуждают агрессию, возникающую вследствие ударов и пинков, здесь в основном задействованы хватательные движения, на матах толкаются, бросают друг друга, и катают.

            Лучшие борцы спортивной борьбы, Витор Велфорт, Бен Хендерсон, Андерсон Сильва или Хосе Альдо во всеуслышание говорят о своей вере в Иисуса, о том, как это прекрасно идти за Ним Евангельским путем. Еще один знаменитый борец, россиянин, Федор Емельяненко, также не стыдится своей веры, тренируется и ездит на соревнования в сопровождении своего духовного наставника. Он является примером известного мастера спортивной борьбы и гуманизма. В смешанных видах спортивной борьбы, которые сейчас динамично развиваются, это особенно важно, потому что такие люди становятся примером для подражания у молодежи. Хорошо известно, как относится к Иисусу Чак Норрис, актер и мастер по карате всех стилей. Он не скрывает, что общение с Иисусом – это самое важное в жизни.

            Недавно в Польшу приезжал Benny Urquidez, многократный чемпион мира по кикбоксингу. Он тренировал своих спортсменов, и в то же время, после каждой тренировки, делился с ними христианской верой. Он много времени проводил перед образом Матери Божьей Ченстоховской, а потом рассказывал о необычном духовном переживании, которое он испытывал.

            В польском кикбоксинге примером известного мастера и человека глубоко верующего является Марек Пётровски. Своими убеждениями и поведением он оказывает огромное позитивное влияние на тех, кто занимается этим видом спорта в Польше. Также не нужно напоминать читателям, кто такой Томаш Адамек, мастер по боксу, который никогда не стыдился своей веры.

            Стоит также вспомнить о Варшавском клубе «Серафим» братьев Скупиньских, где занимаются тайским боксом и ММА, при этом полностью основываясь на христианском духовном развитии. Несколько десятилетий назад братья Брудни основали Пшчиньскую Школу Борьбы, фундаментом которой стали принципы христианского духовного развития. Из тех, кто занимался в таких школах, где обязательными были духовные упражнения, молитвы перед тренировками и после, более десяти учеников стали священниками.

            Хотя в некоторых школах борьбы в Польше происходит смешение восточного мировоззрения (дзен-медитации) и христианства, большинство все же не интересуется религиями Востока. Те, кто приходят на тренировки, прежде всего хотят поправить свою физическую форму, научиться бороться, чтобы в случае необходимости суметь защитить себя и своих близких.

о. Доминик Хмелевски SDB,

бывший инструктор по карате-комбат (третий дан)

 

 

Католик в кимоно

«Пока ты борешься, ты победитель»

св. Августин

            Суббота, 10 утра. В раздевалке я быстро переодеваюсь, одеваю хакаму, верх кимоно, опоясываюсь деревянным мечом, имитирующим самурайский меч, катану или шинкен, и иду в dojo (зал для тренировок). Перед выходом в зал традиционный поклон. Послушно стою в шеренге. Все садятся на паркет, минута покоя и тишины. Потом короткая, интенсивная разминка и начинаем повторять упражнения с мечом в руке. Индивидуальные упражнения, приемы борьбы с напарником, так называемое упражнение «ката». Быстрые движения, свист воздуха, рассекаемого деревянным мечом, который останавливается в двух сантиметрах от моего напарника. Движения или очень быстрые, или наоборот, очень, очень медленные. И что самое интересное на тренировках – это тест на разрубание, то есть нужно разрубить бамбук или соломенный мат настоящим самурайским мечом. После тренировки возвращаюсь домой, к семье.

            Воскресная Евхаристия. Еду на духовные упражнения к сестрам Доверия в Ченстохову. С 1995 года я работаю с жертвами сект и разного рода духовных порабощений в Слёнском Центре Информации о Сектах и Группах психического воздействия в Хожове. Это сегодня. А раньше?

            Седьмой класс начальной школы. Я восхищался тайнами боевых искусств. Мифы о вибрирующих движениях борцов, о мастерах ниндзя, и разумеется фильм «Приход дракона» с фантастическими приемами и ударами ногами. Я записался в спортивный клуб «Хожовянка», в секцию дзюдо. Тренировки, соревнования, экзамены и очередные пояса. Я учился все более сложным приемам и все больше меня восхищала Япония. Моя семья была далека от Бога и Церкви, а мне всегда чего-то не хватало. Я подолгу беседовал с моим невероятно начитанным дядей. По ночам слушал по радио «Тройке» программу Матея Зембатого «Проблема», познавая учения разных гуру индуизма и буддизма. Постепенно все начало проясняться: дзюдо, карате, кобудо и буддизм.

            Приехав в Гданьск на Доминиканскую Ярмарку, я случайно разговорился со студентами о дзен-буддизме. Первой книгой, которую я купил, была “«Смахивая пепел на Будду». Учение мастера дзен Сеунга Сахна”. Сидя на пляже, я впервые попробовал медитировать. Я читал:

«Что такое разум? Не знаю. Это «не знаю» и является твоим истинным разумом. Истинный разум отсекает себя от любого мышления. Поэтому разум не является разумом. Пустой разум предваряет мышление. До мышления нет слов, нет речи. (…) Разум – это всего лишь название, которое создало мышление. Если отсечешь мышление, тогда нет уже разума. Если думаешь, создаешь противоречия: добро и зло, просвещенный и непросвещенный. Но если отвергнешь мышление, уже нет противоречий, есть только Абсолют. Слова противоречий – это мертвые слова. Слова Абсолюта – это живые слова».

            Книг было все больше, все больше времени я посвящал дзен-медитации и тренировкам. Отец приносил мне от Анджея Чока и Ежи Кукучки сувениры после разных походов в горы, особенно в горы Тибета или Непала. Это были буддийские тханки, бодхисаттвы, дракончики, молитвенные чётки. Тогда я мог заниматься индивидуально, так как в Польше было мало центров дзен. Я стал тренироваться с японским оружием. В моей комнате – три на три – тренировался с нунчаками. Я зачитывался книгами Shunry Suzuki и Philipp Kapleau. Я приобретал первую литературу о боевых искусствах, особенно таких, которые были овеяны тайной. Тренировал энергию «ki», медитировал. А потом….

            Я встретил прекрасную девушку, которая стала позже моей женой. Она-то и привела меня к Богу и в Церковь. Сначала были долгие разговоры и прогулки. Потом я познакомился с о. Богданом Дубеньчуком из конгрегации «Вербум Деи», и долго с ним беседовал. Он не пытался меня обратить на путь истинный, мы только разговаривали. Когда в Хожовском приходе Успения Пресвятой Девы Марии организовали встречу с преподавателем синологии, господином Хашимото, я подошел к нему после встречи, представился, и сказал, что являюсь дзен буддистом. Он только посмотрел на меня и ответил: «Соседний сад более зеленый», потом он ушел.

            Я впервые попробовал читать Священное Писание. Первое Святое Причастие я принял в возрасте 21 года. Я спокойно расстался с дзен-буддизмом. Для меня важными были: моя девушка, Священное Писание, о. Богдан. И еще один важный момент. Я задавал себе вопрос: «Кто является учителем?»

            Моего учителя, корейца Seung Sahn Nim обвинили в гомосексуальных связях с одним из учеников. В то время я прочитал книгу Станислава Токарского «Восток и субкультуры». Я стал задумываться, кого же мы называем учителем? Разве тот, кто просвещен будет пойман на сексуальных связях со своим учеником?

            В 80-х и 90-х годах ХХ века в Польшу стали проникать разного рода школы боевых искусств и спортивной борьбы. Тогда с воодушевлением слушали рассказы о героических подвигах разных мастеров. Бывало, что инструкторы стремились быть не только тренерами карате, но также духовными наставниками. Встречались индивидуалисты, которые любили блеснуть терминологией, взятой из буддизма, конфуцианства или синтоизма. В их псевдонаучных лекциях появлялись слова: «карма», «прана», «нирвана», «энергия ki» – таинственная энергия описывалась по-разному.

            Умение использовать свою энергию ki – это основная задача для овладения приемами айкидо. Ki часто переводится, как «сила дыхания», «сила», «энергия», а иногда даже «душа». Когда тренер айкидо говорит, что кто-то (как правило учитель высокого уровня) занимается с сильным ki, то этим он скорее всего хочет сказать, что этот человек развил высокий уровень гармонии в своем мастерстве. Чувство времени, чувство соответствующей дистанции, а также концентрация (покой) мыслей и тела являются здесь особенно важными. Большинство учителей размещают ki в hara, которую можно было бы приблизительно назвать центром тяжести тела, она находится в самой низкой части туловища, пять сантиметров вглубь, ниже пупка.

            Жизненная энергия ki (qi), которая сыграла ключевую роль в развитии систем борьбы, является направляющим критерием китайской философии. Например, кун-фу тесно связано с буддийским чан (chan). Основы философии чан появились в Индии. Монах Bodhidharme (Da Mo) принес их в Китай. В монастыре Шаолинь они окончательно сформировались и внедрились в жизнь на практике.

            Известны случаи, когда люди, настолько увлекались боевыми искусствами, философией и религией Дальнего Востока, что в результате становились буддистами. У некоторых возникали тревожные симптомы в области психики, а также в духовной сфере: начинались видения, слуховые и зрительные галлюцинации, депрессии, страхи, общения с призраками, которые приходили к ним в образе старых наставников.

            Мы не знаем до конца, были ли все эти проблемы результатом увлечений боевыми искусствами, или эти люди прошли инициацию раньше, где-то в другом месте. Мнений на эту тему может быть много. Сам я свыше двадцати лет работаю с жертвами сект и других явлений, опасных для духовной сферы человека. Я сотрудничаю со священниками экзорцистами из Катовицкой архиепархии, и несколько раз мне приходилось встречаться с молодыми людьми, чье увлечение восточными боевыми искусствами зашло слишком далеко, и было видно, что эти люди движутся в опасном направлении. После беседы, они задумывались, какова же все-таки их цель, и начинали более здравомысляще подходить к данному вопросу.

            В Польше боевыми искусствами и спортивной борьбой регулярно занимаются свыше десяти тысяч человек. Они живут нормальной жизнью, у них крепкие семьи, они работают, ходят в церковь. Никто не замечал, чтобы вдруг в буддийские центры или в восточные секты хлынул поток неофитов. Также не возросло и количество психических расстройств или проявлений одержимости на этой почве. И все же стоит прислушаться к тем, кто хочет предостеречь людей, желающих бездумно стать польскими самураями, и «приспособить» философию и религию Китая или Японии «к своему двору».

            В Польше самой нетипичной школой является Пшчиньска Академия Боевых Искусств. У меня была возможность четыре года участвовать в организованных там занятиях. Восточная духовность заменена там христианской духовностью. Восточную медитацию заменило благословение, которое давал один из священников, также занимающихся в зале. Некоторые священники занимались уже много лет. Каждый год устраивали духовные упражнения и паломничества. В Кракове также функционирует секция боевых искусств, которая полностью отошла от религии и философии Дальнего Востока.

            Боевые искусства, будь то японские, китайские, корейские или другие, уходят своими корнями в религии и философию Дальнего Востока. Китайской кун-фу – это начало чан или дзен. Буддизм сыграл ключевую роль в создании, например, кодекса бушидо. Существует принципиальная разница между буддизмом и христианством: в буддизме бог – это пустота, безликое божество; нирвана – безусловное состояние освобождения из цикла «рождение-смерть», то есть самсары (samsara), которое тоже достигается благодаря медитации. Плод трансценденции – тоже пустота. Жизнь – это страдание. Душа, подвергнутая постоянному перевоплощению, страдает. Мир нереален, так как реальна только пустота.

            Это трудно совместить с христианством, где Бог является Личностью, и стремятся к Нему через молитву. Христианин жаждет соединиться с Ним, потому что самое важное – это единство с Богом и спасение. Наше существование – это благо. Жизнь – это путешествие, а конечная цель – встреча с Богом, с Личностью. Окружающий мир абсолютно реален и наполнен Богом. Для меня (а также для многих моих знакомых инструкторов и адептов боевых искусств) важно знать, кто является моим Господом и чего Он от меня ожидает. С одной стороны – жить таинствами и участвовать в Евхаристии, читать Слово Божие, а с другой – тренировать свое тело.

Дириуш Петрек, психотерапевт,

Руководитель Центра Информации о Сектах

и Группах Психического Воздействия в Хожове.

 

 

 

Сегодня Иисус – мой супер-тренер

            Вот несколько причин, приведших к тому, что я стал ходить на тренировки по боевым искусствам. Я хотел почувствовать себя сильным, думал, что это разрешит мои проблемы со знакомыми, заставит окружающих уважать меня. Первые тренировки по карате привели меня в восторг. Культура dojo, и максимальные физические нагрузки три раза в неделю. Я не задумывался над тем, что происходило на тренировках: ката, искусственный контроль над дыханием, поклоны на коленях…. Это всего лишь восточный стиль, убеждал я себя.

            Я занимался пять лет. За это время мои отношения с людьми ухудшились. Из открытого, искреннего человека я превратился в бесчувственного, воспринимающего других, как потенциальную угрозу. Физически я был очень натренирован, но сила не дает чувства безопасности. Любой тренер боевых искусств подтвердит вам это в откровенной беседе (ведь всегда найдется кто-то более сильный, а может, это будут трое слабых, говорят тренеры с усмешкой). Но хуже всего было то, что возникли проблемы с молитвой, мне стало трудно общаться с Иисусом. Раньше я был человеком верующим, а карате и контакты с биоэнерготерапевтами привели к тому, что беседа с Богом доставляла мне серьезные трудности. В церкви мне становилось плохо, было такое чувство, что я сейчас упаду в обморок. Я старался стоять у окон – не помогало, у меня слезились глаза, а когда я смотрел на иконы Божьей Матери, в голове начиналась круговерть богохульных мыслей, которых я не мог остановить. Я не мог со всем этим справиться, мои родители тоже переживали….

            Слава Богу, от всего этого Иисус избавил меня. Это произошло в Ченстохове, во время Святой Мессы об исцелении и освобождении. «Он простер руку с высоты и взял меня, и извлек меня из вод многих» (Псалом 17, 17). Во время молитвы об освобождении, по совету священника, я принял Христа, как своего Господа и Спасителя. Через минуту я почувствовал небывалую легкость и мир. Это было похоже на глоток свежей воды после тяжелой работы. С тех пор (уже 6 лет) продолжается мое прекрасное приключение с Иисусом. Он избавил меня от подозрительности к людям, дал мне чувство безопасности. Каждый день я могу ближе познавать Его, а ведь именно это нужно в жизни христианину.

            Конечно, будут и испытания, но с Богом все в этом мире выглядит иначе. Мы, христиане, имеем в сердцах мир Божий, покой, которого окружающий мир не в состоянии нам дать. Христианин — это не слабак. Не нужно ни на кого нападать, чтобы показать себя сильным. Господь – наша сила. «Подвизайся за истину до смерти, и Господь Бог поборет за тебя» (Сирах 4, 32). Когда мы падаем, Иисус всегда готов нас поднять, если, конечно, мы сами захотим встать. Иисус – это такой супер-тренер, который знает, когда утешить, а когда ”закрутить гайки”. Только Он – единственное счастье человека. В конце мне бы хотелось пожелать всем, встретить на своем пути то истинное счастье, которым является Иисус Христос. Аминь.

Мартин.

 

 

 

Боевые искусства несут в себе духовную угрозу

            Каждое боевое искусство, предусматривающее посвящение, медитацию, культ собственных возможностей, культ учителей, определенные ритуальные позы, религиозные ценности, выражающиеся в физических приемах, неотделимо от конкретного мировоззрения, а может быть, даже от инициирующего культа. Может быть и не все боевые искусства имеют инициирующий характер, здесь многое зависит от тренера, а особенно от духовности основателя.

            Боевое искусство затрагивает всего человека, в том числе и его духовность, даже если человек дистанцируется от принципов данного мировоззрения. Классификация видов борьбы на отдельные категории стала спорной темой для заинтересованных, потому что граница между категориями весьма размыта. Главной «разделительной чертой» является цель тренировок данного вида борьбы. Теоретически, во многих боевых искусствах на первом месте стоит личное и духовное развитие, что указывает на то, что они имеют характер ритуала и инициации. То, что они отвергают идеологию своим разумом (интенциональность) ни о чем не говорит, так как практика включает в себя участие воли в ритуальную сферу. В католической этике учитывается не только внутреннее намерение, но также внешняя структура поступка. Этого нельзя отделять, не следует «раздваивать» человека.

            Часто целью физических упражнений является открытие своего тела к восприятию безликой, чуждой человеку силы (энергии), так называемой энергии ki. Здесь есть угроза идолопоклонства. Со временем человек начинает манипулировать этой энергией, уходя все дальше, поднимаясь к очередным степеням посвящения. Однако здесь есть условие: рациональное мышление должно быть исключено. Это напоминает состояние медиума, то есть это очередная ступень духовного открытия. Здесь можно вступить на путь демонической одержимости. Тогда появляются паранормальные способности, телепатия, способность лечить вышеописанными энергиями, что мы видим хотя бы в традиции монастыря Шаолинь.

            Духовность многих боевых искусств может стать своего рода формой языческого идолопоклонства, поэтому трудно отказаться от нее одним актом воли, если и дальше практиковать то же самое, даже если делать это чисто внешне. Библейская теология и традиция христианских мучеников не одобряет подобное раздвоение: мученики отказывались поклониться чужим богам даже притворно, напоказ, так как они хорошо знали, что такой компромисс стал бы предательством по отношению ко Христу, а не только плохим примером или соблазном.

            Похоже, что «энергетическая» антропология (меридианы), эзотерическая идеология и инициирующий характер боевых искусств противоречит и христианству, и научному подходу к реальности. Есть риск, что занятия боевыми искусствами могут стать своего рода формой идолопоклонства, например, превратиться в культ собственного тела (своего «я») и его кажущихся сверхчеловеческих способностей.

о. доктор hab. Александр Посацки SJ, преподаватель

Высшей Межепархиальной Духовной Семинарии в Караганде,

демонолог, автор книг и статей, посвященных духовным угрозам.

Духовные корни айкидо

            Не так давно в наших спортзалах появился новый вид спорта, который быстро приобрел активных сторонников. Это боевые искусства. Люди разных возрастов, независимо от пола, посещают такие дисциплины, как дзюдо, айкидо, тхэквондо, кендо и другие. Но разве боевые искусства — это только спорт? А может, за ними стоит нечто большее?

            Упражнения начинаются на мате. Мы кланяемся, здороваясь с тренером и воздаем дань уважения нашему основателю, Morihei Ueshiba. Во время тренировки он незримо пребывает с нами. На стене висит его большая фотография. Мы садимся, опираясь на ступни, эта поза называется seiza. Тренировка начинается с краткой духовной медитации. Она очень важна для начала занятий. Благодаря ей мы успокаиваемся и сосредотачиваем наши мысли. Однако мы не должны ничего делать через силу. Наши мысли, как сами пришли, так и останутся. Они приносят в наш внутренний мир пыль окружающего мира, которая мешает нашим занятиям. Важно дыхание, которое помогает освободить разум. Теперь мы готовы начать тренировку.

Молодой адепт айкидо.

            Такой «азиатский импорт» боевых искусств дополняется сегодня латиноамериканской альтернативой, которую представляет бразильская капоэйра. Это оригинальное искусство борьбы бразильских рабов, которое было для них, как развлечением, так и защитой от белых господ. Почти триста лет она была запрещена, но с 1972 года стала в Бразилии официально признанным спортом, самым популярным, после футбола. У этого вида спорта есть свои правила, которые с успехом пришли также и в Европу.

            Боевые искусства находятся в центре внимания экспертов, и не только спортивных. Они также привлекают внимания теологов и религиоведов. Ведь в некоторых боевых искусствах видны духовные подтексты, а также специфическая религиозная основа. В специальной литературе можно прочитать, что смысл боевых искусств в том, что у них мистический или духовный характер. Разумеется, эта духовная терминология не интересует большинство кандидатов в спортсмены. Многие из них ничего о ней не знают, и даже не замечают ее. Однако можно ли отказаться от религиозных корней и заниматься ради одних только тренировок, мы постараемся объяснить на примере айкидо.

            Основал айкидо японец Morihei Ueshiba (1883-1969 гг.), принадлежащий к старинному роду самураев. В возрасте 16 лет вступил в монастырь буддийской секты Шингон (Shingon). Там, кроме изучения буддийских и конфуцианских писаний, он познакомился также с эзотерическими ритуалами. После своего прихода в монастырь, он много времени посвящал боевым искусствам. Его отец построил dojo (зад для тренировок) и пригласил известных учителей боевых искусств, чтобы они тренировали его сына.

            Однако основную роль сыграла встреча Morihei Ueshiba с Onisaburō Deguchi, шинтоиским гуру секты Ōmoto-kyō. Авторитетный Deguchi, находясь однажды в трансе во время шаманского ритуала, сказал, что он является истинным и ожидаемым Спасителем мира. Со временем интересы обоих мужчин объединились, постепенно развиваясь в направлении общего учения. Deguchi, не скрывая своих религиозно-общественных амбиций, успешно привил Ueshiba дух отваги и мужества. Объяснил ему также религиозные основы, для которых Ueshiba и так уже был достаточно открыт духовно. Ведь он и сам уже долгое время искал глубокий жизненный смысл, чтобы обрести наконец собственный духовный путь. Поэтому религиозный подтекст секты Ōmoto-kyō он успешно переформировал в основы этики айкидо. Такое соединение (то есть соединение духовности и физических тренировок) следовало опробовать на практике. Поэтому в 1924 году на территории Монголии, Deguchi и Ueshiba попробовали создать утопическую колонию (они поступили также, как некогда философ Платон в Сиракузах). Китайцы хотели их казнить, и спасла их только японская дипломатическая миссия.

            Однако этот рисковый эксперимент преследовал далеко идущие цели. Планировалось объединить всех людей и убедить их создать единое государство – царство небесное уже здесь, на земле. В этом земном государстве, под духовным руководством секты Ōmoto-kyō должны были соединиться все религии мира. Исходя из этого, айкидо должно было стать тропинкой к гармоничному братскому сосуществованию.

            Появление айкидо рассматривается, как плод духовных поисков самого Ueshiba. Решающую роль в его жизни сыграли три духовных переживания, через которые он прошел, находясь в секте Ōmoto-kyō. Первое из них произошло в 1925 году, сразу же после того, как Ueshiba, победив вооруженного солдата, пошел отдохнуть в сад. Там он внезапно почувствовал, что земля под его ногами начинает дрожать. Он увидел золотой туман, который поднимался от земли и полностью охватывал его. Он видел, как его тело постепенно преображается в светящийся, золотистый силуэт. При этом весь окружающий мир он воспринимал, как творение природы. Тогда он понял, что путь воина должен быть непрестанным проявлением любви бога, который наполняет собой всю природу. Потрясение было настолько сильным, что по его лицу потекли слезы благодарности и радости. Солнце, луна, и наша планета стали для него братьями и сестрами, а весь мир – его домом. Вместе с этим все материальные вещи перестали иметь для него значение.

            Второе духовное переживание произошло в 1940 году, сразу же после завершения ритуального очищения. Ueshiba внезапно, в одну минуту, забыл все приемы борьбы, которые когда-то изучал. Таким образом он отказался от давних методов и внезапно открыл совершенно новые. Они стали его помощниками на пути жизни и знания, они уже не были всего лишь оружием, используемым для победы над врагом.

            Третье путешествие в духовный мир также произошло во время Второй Мировой войны. Во время этого путешествия Morihei Ueshiba увидел в духовном видении Великого Духа Покоя (The Great Spirit of Peace), который с любовью рассказал ему, каким образом разрешить все конфликты и примирить всех людей на Земле. Эти три просветления указывают на фактор, объединяющий самураев. Айкидо здесь является соединяющим звеном.

            Боевое искусство айкидо (раньше его называли aiki-budo) родилось в Kyoto, где в 1920 году построили первое dojo, которое назвали Ueshiba Jaku. Основатель айкидо, Morihei Ueshiba, наделенный титулом Ō-sensei (Уважаемый Учитель), сохранил свою силу и боевую готовность до самой старости. В свои 80 лет мужчина был в состоянии победить любого противника, при этом он не пользовался оружием. Иногда ему достаточно было лишь взмахнуть пальцем. В действительности же Ueshiba использовал свои боевые способности не только не тренировках, некоторые приемы он перенес в свою философию жизни. После смерти Ueshiba семейную традицию перенял и представлял его сын Kisshōmaru.

            С 1953 года айкидо начало распространяться по всему миру (В Польше первая секция айкидо открылась только в 1976 году). Его центром стала Международная Федерация Айкидо (IAF), которой руководил президент, так называемый dōshu. Сейчас главным руководителем является японец, внук основателя, сенсей Moriteru Ueshiba. Но самый известный пропагандист айкидо в мире – это американский актер Стивен Сигал, у него седьмой дан.

            Айкидо нельзя рассматривать только как комплекс физических упражнений, потому что совершенствование физических приемов не главная его цель. Это прежде всего орудие, служащее духовному развитию личности. Зал для тренировок – это место развития, туда следует заходить с уважением, скромностью и учтивостью. Это также место, где пребывает воинский дух самураев. Таким образом айкидо не является всего лишь простой физической борьбой на татами (татами – это ковер для поединков).

            Духовная основа этого вида спорта заложена уже в самом названии. Итак:

«ai» означает согласие, гармонию и единство;

«ki» указывает на вселенную, дух космоса, силу и энергию;

«do» это жизненный путь.

            Вышеуказанная транскрипция слова позволяет нам перевести «айкидо», как «путь гармонии со вселенной».

            Выражение «ai» в слове айкидо указывает на гармонию духа, которую должны достичь занимающиеся ученики. Мы знаем, что на первом месте здесь стоит не сама борьба, здесь важно применить усилия, чтобы достичь мира и гармонии между человеком и природой, а также энергией космоса. Даже борьба между двумя людьми, занимающимися айкидо, стремится к такому единству. Айкидо – это техника самообороны, у нее свой стиль атаки, она применяет в основном круговые движения. Это приводит к тому, что агрессия противника оборачивается против него самого. По примеру основателя, эта философия борьбы должна привести к изменению образа жизни человека. Главная цель упражнений – избавиться от негативных черт характера, которые затрудняют работу разума.

            Эта «борьба» за гармонию начинается в dojo с медитации. Это очищение духа в начале каждой тренировки необходимо. В медитации особый упор делается на дыхательную технику, что облегчает работу с энергией «ki», делает ее более эффективной, а также регулирует ее движение в организме.

            Исторически сложилось так, что айкидо опирается на дзен-буддизм, который этот термин относит к состоянию «тихого просветления». В традиционной японской религиозной системе особый упор делается на практику медитации (shikantaza), которая потом становится важной составляющей боевых искусств. Shikantaza означает «ревностная медитация в сидячем положении». Это состояние бдительности и единства с окружающей действительностью. Медитация должна регулировать спокойную «духовную вентиляцию».

            Однако на этом медитация на занятиях не заканчивается, так как вся демонстрация борьбы является по сути ее продолжением, то есть это медитацией в движении. Во время занятий руки должны быть сложены определенным образом (dhjanamudra). Что же это такое? Человек сидит, его руки положены одна на другую, ладонями вверх, большие пальцы соприкасаются. В такой позе часто можно увидеть Buddu Amitabha. Когда руки сложены в позе dhjanamudra, лежащая сверху правая рука символизирует состояние просветления, а левая, лежащая под ней, указывает на окружающий мир. Этот жест покоящихся рук символизирует победу просветления над окружающим нас реальным миром. Эта поза также символизирует состояние погружения в медитацию. В искусстве борьбы айкидо можно ясно увидеть духовные аспекты.

            Требования гармонии мы находим во втором слоге слова айкидо – «ki», что означает безликий дух, универсальную сущность, наполняющую каждый быт (принцип вибрации энергии вселенной). Эта энергия, согласно китайским религиозным верованиям, направляет и пронизывает весь мир. Смысл этого учения является основой политеистических религий Востока.

            Morihei Ueshiba, находясь в вышеописанных состояниях просветления, испытал полное соединение с духом вселенной. Свое мистическое переживание он назвал пробуждением и сказал, что искусство айкидо позволяет нам понять самих себя и помогает припасть к прекрасному источнику космической энергии. Он также сказал, что внутренней духовной силы недостаточно, чтобы избавиться от неверного мировоззрения. Для этого необходимо пробуждение к сознательной жизни, сатори (satori), которое Morihei Ueshiba пережил ранее. Религии Востока часто подчеркивают необходимость просветления.

            Айкидо и является тем путем приобщения к энергии «ki», которая соединяет человека со всем мирозданьем. Также соединяются тело и дух, это происходит благодаря той же энергии. Основы даосизма и японского дзен говорят, что термин «ki» является синонимом даосистской жизненной энергии «chi». Это основа верований даосизма, а также дыхательных упражнений, благодаря которым те, кто занимаются айкидо могут приобрести невероятные способности, играющие в боевых искусствах важную роль.

            Цель упражнений – достижение состояния абсолютного покоя и совершенной произвольности, всего этого можно добиться только после обретения полной гармонии с Дао. Эта гармония выражается в неустанном круговороте энергии «ki» в нашем теле. В этом идеальном состоянии мы уже можем не прилагать никаких усилий и не сопротивляться. Мы становимся медиумами для духа внеземных сфер. Именно такая духовная сила помогла Ueshiba победить вооруженного противника одним пальцем, о чем мы писали ранее. В йоге эта духовная сила называется словом «sidhi».

            Последний слог слова боевого искусства айкидо, это «do». В переводе с японского это не только духовная стезя, но также семантическое название китайского знака «Dao». В японском буддизме это путь подражания Будде, путь идущего стезей к просветлению. Учителя дзен показывают разные пути, ведущие к этой цели: путь меча (kendō), лука (kyūdō), чая (chadō), каллиграфии (shodō). Отдельные способности рассматриваются в дзен, прежде всего, как средства самосовершенствования, самопознания человека и открытия его собственной природы.

            Важным элементом обучения является этическое требование самодисциплины, разумного мышления, а также позитивного отношения к физическому движению и здоровью. Адепт айкидо должен забыть на татами о всех стрессах. Упражнения должны принести ему восстановление, обретение и умножение новых сил. Большое внимание уделяется личной гигиене, порядку и чистоте в зале для тренировок. Чисто должно быть и на татами. Чистотой должна сиять одежда, в которой тренируются (hakama), подпоясанная поясом (obi). Чистота тела – это одно из четырех правил, которые были взяты из секты Ōmoto-kyō, и сегодня стали частью айкидо. Другие правила – это оптимизм и вера в духа вселенной, общественный прогресс и принцип единства, единства всех людей, без исключения.

            В каждом dojo (им может стать и гимнастический зал) находится небольшое «святилище». Главный его элемент – это большой портрет основателя, под которым находится алтарь (kamiza). Это место, куда кладется оружие – лук и меч. В сторону этого центрального сооружения каждый тренирующийся совершает поклон и говорит полные уважение слова: «onegai-shimasu» (пожалуйста, научи меня). После тренировки сердечно благодарят: «arigato gozaimas» (большое спасибо за упражнения).

            Айкидо – это тонкая духовная стезя, ведущая к установлению на земле царства гармонии и братства. Не только параметры этого царства указывают на религиозный окрас, также и сам путь «борьбы за общую гармонию» переплетается с духовными принципами буддизма, даосизма и дзен.

            Распознать религиозный характер айкидо нам помогут духовные послания Morihei Ueshiba, цитаты из которых сохранились по сегодняшний день. Первая из них касается практической части айкидо:

            «В твоей правой руке находится «янь», им ты уравновешиваешь «инь» в левой руке. На этом пути с тобой идет твой напарник».

            Как мы уже говорили, в китайской традиции даосизма присутствует вселенский космический порядок, выраженный в понятии «Дао». С ним связаны «инь» и «янь». Медитация, соединенная с борьбой, стремится к одной цели – открыться на круговорот энергии «ki», чей источник в духе вселенной.

            Очередная цитата указывает на религиозную основу айкидо, и говорит о достижении буддийского просветления:

            «Считай себя живой природой Будды. Все мы можем преобразиться в прекрасных богов или пережить завершающее буддийское пробуждение»

            Природа Будды – это духовная цель, к которой ведет путь айкидо. Это боевое искусство отнюдь не нейтрально в религиозном смысле, хотя Ueshiba говорит:

            «Искусство покоя не является религией, это комплекс и соединение всех религий».

            Эта цитата касается не только объединения друг с другом людей разных религий, здесь говорится также о новой духовности, о новых, синкретических, духовных «строениях».

            Айкидо может даже привести к религиозному обряду подношения (pudźa) богине Сакти. Культ этой богини в индуистской духовности очень распространен. Ритуалы этого культа также совершаются среди адептов айкидо. Они объясняют это тем, что благодаря таким ритуалам они ограждены от «нечистой силы».

            Айкидо – это духовный путь, который расходится с верой в откровение Слова Божьего. Христианин имеет право пользоваться своим внутренним потенциалом и умножать его. Однако он не может этого делать, встав на стезю, которая уведет его от пути, указанного Господом нашим Иисусом Христом. Как мы видели, стезя айкидо ведет человека к другому божеству, то есть к нему самому. Средством достижения знаний и самосовершенствования человека является труд и энергия «ki», которая может быть опасной для психики (также, как метод рейки). Таким образом айкидо, под видом физических упражнений, постепенно завоевывает человека для своих тайных духовных целей.

Профессор доктор Ева Орбанова,

преподаватель этики и моральной философии

в Университете Святых Кирилла и Мефодия в Трнаве (Словакия).

Перевел со словацкого на польский Гжегож Фельс

 

 

 

Из опыта служения экзорцистов

 

Экзорцист с титулом вице-чемпиона Польши по тхэквондо

            Люди отходят от таинств, отходят от религии вообще. На Западе выросло поколение, которое не знает, что такое религиозность (даже если они во что-то и верят), потому что их родители, бабушки и дедушки не были религиозны. В Польше же каждый знает, что значит быть религиозным: участвовать в Святой Мессе, принимать таинства, молиться утром и вечером и т.д. Отвергая религиозность, человек должен чем-то заполнить оставшуюся пустоту. Таким образом, религией становится что-нибудь другое: бег, фитнес… здесь многое можно перечислить. У молодежи сегодня проблемы с религиозностью. С другой стороны, молодежь очень стремится к добру. И здесь возникает серьезная проблема, так как зло часто подходит к человеку под видом добра. Музыка, которая по сути своей вещь добрая, может иметь сатанинский окрас и может стать угрозой. Спорт, который тоже является добром, может быть угрозой и т.д. Молодежь часто заходит на территорию действия зла несознательно.

            Я сам в течении десяти лет занимался тхэквондо. У меня черный пояс. Я принадлежал к национальной сборной, много раз становился вице-чемпионом Польши. На национальных соревнованиях никогда не занимал ниже третьего места. Был мастером Малой Польши среди взрослых.

            Проблема не в самом спорте, а в том, что за ним стоит. Также, как в случае с другими духовными опасностями, здесь речь идет о Первой Заповеди. Какое отношение имеет спорт к Первой Заповеди? Оказывается, имеет, и весьма существенное. Восточные боевые искусства, пусть даже и спортивные, уходят своими корнями в определенную культуру и философию. Восток не разделяет дух и тело, духовность от повседневной жизни, и не понимает, как это можно разделить. Тхэквондо, народный Корейский спорт, основан на философии, которая учит, что во вселенной есть равновесие добра и зла. Каждое добро содержит в себе немного зла, и в каждом зле есть немного добра. Энергии добра и зла смешиваются в мире и уравновешивают друг друга.

            Я понял это, только когда стал священником. Однажды я вернулся из Ченстоховы, куда ездил на курсы заступнической молитвы, которые вел священник, доктор Влодимеж Циран. Я зашел в свою монашескую келью, и первое, что я увидел, были символы инь-янь, изображенные на сертификате на первый дан. Этот сертификат я повесил рядом с папским благословением. В тот момент я понял, что в течении десяти лет, входя в спортзал, я не крестился, а только совершал обязательный поклон перед символом инь-янь. Таким образом, я воздавал честь некой философии, религии, духовности, вследствие чего отождествлялся с ними. Этого невозможно совместить с Евангелием, повествующем о Христе, Который победил зло. Во вселенной нет равновесия, Иисус ниспроверг зло. Ни капли добра нет в дьяволе, также, как в Духе Святом нет ни капли зла. Это идолопоклонство, грех против Первой Заповеди.

            Когда мы выходим на татами, то кланяемся своему противнику, а также в сторону судьи. Этим мы выражаем свое уважение к ним. Но когда мы входим в зал, где на центральном месте вывешен флаг с изображением инь-янь, то кланяемся инь-янь, и воздаем честь тому, что стоит за этим символом. Каждый, кто хотя бы немного знаком с Востоком, знает, что любой жест и каждый символ имеют там духовное значение. Поклон в сторону флага с изображением инь-янь – это выражение подчинения и принятия всего того, что заключает в себе философская система тхэквондо. У нас были специальные занятия по философии этого спорта, нам объясняли доктрины, нас учили медитировать. Для обучения кадров приезжали учителя из Кореи, они тренировали нас. Мы кланялись им, доверяли им. Они также занимались медитацией. Когда мы, деревенские ребята, насмехались над этими медитациями, один из учителей смог вынуть из устройства обогревателя деревянную деталь и побил нас ею за это. Нам пришлось стиснуть зубы и стерпеть, а потом заниматься дальше. Мы еще и поклонились учителю.

            Серьезные проблемы могли возникнуть у того, кто крестился, выйдя на татами. Польским тренерам это не мешало, но в присутствии мастеров из Кореи, или на международных соревнованиях, которые судили опять-таки корейские мастера, если кто-то крестился, получал штрафные балы, так как подобное поведение не предусматривал регламент. В культуре Востока нельзя отделить спорт, как таковой, от основ философии. Это неделимое целое. Жителям Востока и в голову бы не пришло, что может быть как-то по-другому. Это взаимопроникающие элементы. Европейцы отделили религиозность от повседневной жизни, и этим совершили кардинальную ошибку. На Востоке никто себе даже представить бы не смог ситуацию, когда человек изучал бы боевые искусства, и при этом не верил в духовность, на которой они основываются. Там нет такого понятия: «верующий, но не практикующий».

            Даже если нас интересуют только спортивные тренировки, но мы соблюдаем все правила и регламент, благодаря чему переходим на следующие уровни, мы склоняемся перед «Инь-Янь», и хотим мы или нет, отождествляем себя с этим, и грешим против Первой Заповеди, так как совершаем нечто противоречащее Евангелию. Мы даем место действию злого духа.

Разумеется, не все, кто занимается тхэквондо, одержимы. Я занимался 10 лет, и со мной, слава Богу, ничего не случилось. Иногда я смеюсь, понимая, что, если бы не тхэквондо, я не закончил бы семинарии, потому что спорт научил меня самоотречению, выдержке, дисциплине, научил побеждать самого себя, дал мне хорошую форму. Все это пригодилось мне, это хорошие вещи, которые дал мне спорт. Но занимаясь любым спортом человек достигнет подобных эффектов.

Я занимался тхэквондо, и только после рукоположения Господь Бог просветил меня. Однако я всегда чувствовал дискомфорт, когда общался с корейцами, я боялся их, чувствовал, что они имеют надо мной некую духовную власть. Также я всегда боялся медитации. В нашем клубе не было никаких медитаций, никакой философии, но, когда мы выезжали на групповые соревнования, все начиналось сначала. В родном клубе меня ничто не тревожило. Только в семинарии я понял, что такое инь-янь. Когда человек начинает понимать некоторые вещи, проблема существенно возрастает.

Если кто-то не понимает, что означает символ инь-янь, то не берет на себя большого греха. Чтобы совершить тяжкий грех, нужно понимание того, что ты делаешь, и нужно это сделать по доброй воле. Я не осознавал, так что фактически моя моральная вина не так уж и велика. Каждый скажет, что лучше, молодому человеку заниматься тхэквондо, чем пить, курить или употреблять наркотики. Нельзя отрицать то доброе, что несут в себе тренировки, но я повторяю, это относится к спорту вообще. Это универсальные ценности, которые дает нам спорт.

Когда уже, будучи священником, я осознал вышеописанные противоречия, я сжег сертификат и перестал заниматься тхэквондо. Надо мной была также совершена молитва, освободившая меня от последствий этого спорта. Меня уже не тянет на татами, хотя, если бы я сейчас вышел на поединок, у меня бы с легкостью все получилось, так как я ничего не забыл. Иногда мне кажется, что я только вчера сошел с татами. Мне хочется заниматься простым спортом, организм требует движения. Если кто-то ежедневно тренировался в течение десяти лет, должен и дальше что-то делать в этом направлении. Однако нужно быть человеком верующим и пребывать с Господом Богом, чтобы понять, что происходит нечто противоречащее Первой Заповеди. Я бы понял это и сменил вид спорта, если бы мне кто-нибудь раньше объяснил, но мне никто не говорил об этом.

Одержимость не наступит автоматически, вместе с началом тренировок. Она вообще не должна наступить. Однако, чем глубже человек входит в данный вид спорта, чем более высоких уровней он достигает, тем опасность увеличивается. На самом высоком, мировом уровне, когда совершаются определенные акты инициации, опасность весьма велика.

Однажды, когда я еще не был экзорцистом, а только помогал, я молился над молодым человеком, который занимался карате. У него был дух агрессии, сосредоточенный в ногах: во время демонических приступов, он пинался с невероятной силой. Порабощение наступило, когда он заключил договор. Тогда на него напали демоны, связанные с тем видом спорта, которым он занимался. На этой почве открылась дверца для демонов. Можно тренироваться без каких-либо негативных последствий, но если мы каким-то образом откроем дверь, сделав что-то другое, то тогда причины суммируются, и наступит возможная атака.

            Среди моих подопечных нет людей, которые подверглись бы порабощению именно из-за занятий боевыми искусствами. Однако, когда выясняются причины, часто появляется тема йоги. Однажды я совершал молитву экзорцизма над женщиной, инструктором йоги. У нее была сильная одержимость, но непосредственной причиной одержимости была не йога. Йога вошла в ее жизнь позже, но оказалось, что женщина имела в себе множество духов, они назывались именами йогов или духов кундалини (вид дыхательной йоги).

            Йогу в наше время относят к спорту, ею занимаются даже в школах, хотя она наиболее опасна. Мы уже знаем, что нет так называемой спортивной йоги, невозможно отделить физические упражнения от полноты духовности, связанной с ними.

            Некоторые экзорцисты утверждают, что духовной угрозой может стать даже бокс. Однако я знаю многих боксеров, добрых католиков, глубоко верующих людей, у которых я никогда не замечал агрессии, ни на ринге, ни за его пределами. Многое зависит от человека. Не нужно быть боксером, чтобы стать агрессивным. Наконец, «агрессия» немного неверное слово. Ведь если выходишь с кем-то на поединок, то высвобождается определенный вид эмоций. Но эти эмоции – спортивные эмоции – находятся на таком уровне, что не являются моральным злом, если они представляют собой только дух соперничества, и не настроены против человека. Угроза появляется в том случае, если у кого-то, кто занимается боксом или другим видом боевого искусства, может появиться мысль причинить кому-то вред. С таким искушением нужно бороться. Спортсмены, не победившие в себе подобных желаний, играют нечестно, нарушают правила. Так бывает и в футболе, и в боевых искусствах. Например, иногда бывает так, что кто-то укусит противника. Вот это уже грех. А просто сильных спортивных эмоций я не назвал бы агрессией и не стал бы им приписывать каких-то негативных свойств. В каждом виде спорта присутствует такая «агрессия». Проблема в том, насколько человек владеет своими эмоциями.

            Для меня бокс – это классический вид спорта. Я думаю, в профессиональном боксе больше опасностей, чем в любительском: подставные поединки, искушение воспользоваться допингом… это гораздо хуже, чем агрессия на ринге. Конечно, бокс вызывает сомнения, ведь там кого-то бьют по лицу. Но ведь это все по обоюдному согласию, это свободный выбор. Человек сам выбирает тот или иной вид спорта.

о. Михал Ольшевски SCI, экзорцист Келецкой епархии,

многократный вице-чемпион Польши,

чемпион Малой Польши по тхэквандо.

Бывший член народной сборной.

 


Wszelkie prawa zastrzeżone. Kopiowanie, drukowanie i rozpowszechnianie bez zgody wydawcy (Monumen) jest zabronione.

Publikacja niniejszej książki na stronie internetowej xxx jest za zgodą wydawnictwa Monumen.